как возьмёт меня прямо на рабочем столе. Завожусь так, что между ног влага выделяется. Надеваю поверх белья длинный чёрный плащ, обуваю чёрные туфли на высокой шпильке и вызываю такси. Одна мысль о том что под плащом на мне кроме прозрачного белья ничего нет, заводит до безумия. Еду в такси и минуты отсчитываю.
Проношусь мимо стойки в фойе, каблуками по полу отстукиваю, слышу за спиной что девушки-администраторы здороваются, даже не оборачиваюсь. Поднимаюсь на второй этаж, за ручку двери хватаюсь и медлю немного. Улыбаюсь самой себе и дверь открываю.
На столе сидит Кристина. Грудь голая с розовыми сосками, торчит из выреза на блузке. Юбка задрана до пояса, ноги в коленях согнуты. Дан перед ней стоит, в джинсах и в футболке. За горло ее держит, дергается, пыхтит. Замираю. Не сразу доходит что происходит. Смотрю на них несколько секунд. И всё равно не доходит. Не могу поверить в то что вижу. Ловлю на себе взгляд Дана. Как будто стрелой пронзает. С его взглядом понимаю что он прямо сейчас, трахает девушку на своём столе. Пугается. Штаны застегивает.
– Это не то что ты думаешь!– кричит.
Наверное мы так часто слышим эту фразу в фильмах, что ничего другого на ум не приходит в подобных ситуациях. По лицу вижу, что сам понял как глупо это звучит. Кристина осторожно встаёт, юбку поправляет, не торопится. Хочет чтобы я удостоверилась в том что вижу. А меня как будто к полу прибили. Ни пошевелиться, ни сказать ничего не могу. Убить их хочу. Обоих. И пусть меня посадят. Но с места сдвинуться не могу, как парализованная. Вся моя жизнь рухнула. Всё что было и все что могло быть. Всё планы, мечты, надежды. В голове только мысли о том, как он мог меня предать. Глаза слезами наполняются. Дан меня за плечи хватает, сжимает крепко, до боли, в лицо заглядывает, трясётся весь, нервничает. И кажется, пугается моего взгляда.
– Кирюх…– говорит одними губами.
– Отпусти.– говорю строго. Откуда только силы нашлись. Реву, а голос твёрдый.
Понимает, что если отпустит, то навсегда. Ещё крепче сжимает, силу не рассчитывает. Больно. Синяки на руках останутся.
– Нет.-говорит.– Ты успокоишься и я тебе всё объясню.
Истерика начинается. Смеюсь сквозь слезы, так громко, что наверное в боксах слышно. Успокоюсь? Объяснит? Как это вообще можно объяснить? Понимаю что он этими руками эту шалаву трогал. Бью его, коленкой между ног со всей силы. Смотрю как на корточки опускается. И ещё хочется ударить. Наступить шпилькой на горло, чтобы проткнуть… Разворачиваюсь и ухожу. От греха подальше. Говорю таксисту первый адрес всплывающий в мозгу. Отворачиваюсь к окну, кулак кусаю и кричу. Реву навзрыд. Задыхаюсь. Как он мог меня предать? Как мог разрушить всё что у нас было? Понимаю что не прощу. Не смогу принять его в свою постель после другой. И мысли смертельные душу истязают, о том как мои любимые руки чужую грудь трогали. Как мои любимые губы, эту шалаву целовали. Сердце кровоточит. Больнее, чем когда он в первый раз женился. Больнее, чем когда отчим мою первую собаку убил. Больнее, чем когда папа умер. Хочется кожу на руках раздирать, чтобы переключиться на физическую боль, ибо та что внутри, невыносима. Хочется чтобы такси это разбилось. Хочется чтобы этот таксист меня завёз в лес и убил.
– Убейте меня.– дергаю его за плечо, сама не понимаю что говорю. – Пожалуйста.– реву во весь голос.
Таксист руль дёргает, на встречку вылетает. Вижу впереди спасительный и желанный свет фар встречного автомобиля, замолкаю, готовая встретить смерть прямо сейчас. Водитель руль дергает, возвращается на полосу в сопровождении громкого сигнала встречной машины.
– Дура!– кричит на меня, от злости слюну разбрызгивает, трясется.
Сижу молча, вся жизнь перед глазами проносится. Понимаю что Дан был единственным светлым пятном. Единственным лучиком света в кромешной тьме. И его больше нет. Как будто умер.
Сижу за барной стойкой молодёжного клуба « Люкс», водку в себя опрокидываю. Надеюсь забыться, только не помогает совсем. Пьяная уже, а больно до сих пор. И не только на душе. Кажется что дышать больно, моргать больно, двигаться больно. А ещё говорят что алкоголь обезболивает. Пытаюсь придумать как дальше жить. В квартиру не вернусь. Она куплена на его деньги. Придётся снова бежать? Прятаться? Нет, в эти игры я наигралась. Достаю телефон и захожу на Госуслуги. Пытаюсь подать на развод, только из-за опьянения, совсем не попадаю в нужные кнопки.
– Помочь?– доносится со спины знакомый голос.
Оборачиваюсь, взгляд фокусирую, вижу перед собой Максима Бадаева.
– Отвали.– выдыхаю и обратно отворачиваюсь, по новой пытаюсь на развод подать.
Максим садится на соседний стул, без зазрения совести в мой экран смотрит.
– Нужно пошлину оплатить.– говорит.
Вздыхаю и отдаю ему телефон.
– Только быстрее. Мне надо прямо сейчас.– говорю и новую стопку в себя опрокидываю. Живот начинает болеть, то-ли от водки на голодный желудок, толи от стресса.
Максим мне обратно телефон протягивает, на экране светится входящий от Наркодиллера. Беру трубку, хочу голос его услышать, интересно, что скажет.
– Ты где?– кричит. Нервничает так, что голос срывается.
– Тебя это уже не касается.-отвечаю.
– Жена, ты че несешь?! В смысле не касается?!– орет как будто в истерике.– Ты в клубе что ли? Сиди там, я ща приеду!
Сбрасываю звонок и отключаю телефон. Зря трубку взяла. По музыке догадался где меня искать. Встаю со стула и резко в сторону ведёт, не упала только благодаря Максиму.
– Мне надо уехать. Очень быстро. Прямо сейчас.– говорю.
Максим сразу всё понимает, встаёт, меня за талию держит чтобы не упала и из клуба выводит. В машину свою усаживает и куда-то везёт. А мне плевать куда. Только бы подальше от Дана и боли, которую он несёт. Как он мог? А если это не первый раз? Вспоминаю презервативы в бардачке и дурно становится, тошнит. Окно открываю и высовываюсь. Может он много раз так делал, а потом после этих шалав был со мной в нашей постели. Их целовал, а потом меня…. Вспоминаю его искренний щенячий взгляд, с каким он говорил что никто кроме меня не нужен и не понимаю, как можно так нагло врать?! Смотреть в глаза и врать! Я если совру ему, о том что ела в столовке и не голодала весь день, чувствую себя тварью. Потому что вранье не переношу. А он…
– Я хочу человека убить.– возвращаю голову в салон и на Максима смотрю.– Где можно киллера нанять?
